Civilization и Total War

 

Имя
Пароль  
Забыли пароль?
Регистрация


CIVru.com / Исторический / КАК ПРИНИМАЛОСЬ РЕШЕНИЕ О ПРИМЕНЕНИИ АТОМНОГО ОРУЖИЯ В 1945 ГОДУ
Версия для печати . Вверх
Автор Сообщение
fantakt
Участник



Репутация: 1257(???)

# Дата: 6 Июн 2012 17:02:02 Цитата

Кто помнит милый фильм одесской киностудии "Дубравка", тот, конечно, вспомнит и романтического молодого человека, который весь фильм делал малую скульптурную форму под названием "атомная бомбардировка Хиросимы" или что-то в этом роде.
Тема Хиросимы и Нагасаки была в советское время одной из тех, где власть и интеллигенция сходились во мнении. Президент Трумэн - монстр, американской военщине никогда не отмыться. Кощунством было даже подумать, что у решения применить атомное оружие могли быть серьезные причины. Вместе с тем то, как принималось решение о применении атомного оружия, является классическим примером принятия сложнейшего и ответственейшего политического решения.

Сказать, что Трумэн и Рузвельт не были особенно близки, означало бы приукрасить положение вещей. Так, через два дня после скромной, ввиду военного времени, церемонии инаугурации (она состоялась 20 января 1945 года) Рузвельт в обстановке строжайшей секретности отбыл на встречу "большой тройки" в Ялту. Трумэну, номинально второму лицу в государстве, вообще ничего не сообщили о конференции. Единственное, что ему было сказано - так это то, что если ему действительно надо будет связаться с Рузвельтом по какому-либо срочному делу, он может передать информацию через аппарат Рузвельта в Белом доме.

О разработке атомного оружия Трумэну также не было ничего известно до смерти Рузвельта, до того момента, как он сам стал президентом США. 25 апреля 1945 года, на двенадцатый день пребывания Трумэна на посту Президента США, министр обороны США Генри Стимсон доложил Президенту о ходе работ над атомным оружием. При этом присутствовал глава атомного проекта (проекта Манхэттен или проекта S-1), генерал Грувз. Стимсон, которому в то время исполнилось 72 года, был одним из самых опытных и разумных вашингтонских политиков. Сам Стимсон впервые услышал о проекте S-1 в ноябре 1941 года, когда Рузвельт поручил ему возглавлять комитет, который должен был советовать президенту США в политических вопросах, связанных с атомной энергией. С того момента Стимсон курировал все этапы проекта.
Стимсон представил Президенту меморандум, который начинался так: "В течение четырех месяцев мы должны завершить работу над самым страшным оружием, которое когда-либо было известно человечеству, одним примененем которого можно будет уничтожить целый город". Хотя, говорилось далее, исследования велись совместно США и Великобританией, в настоящее время только США обладают необходимыми возможностями для производства оружия. Однако эта монополия не может быть длительной. "Возможно, единственным государством, могущим начать производство этого оружия в течение нескольких ближайших лет, является Россия".
Меморандум Стимсона не был оптимистичен. "С учетом морального состояния мира, современная цивилизация может быть полностью уничтожена", отмечал автор. После того, как Трумэн закончил чтение меморандума Стимсона, генерал Грувз дал ему другой меморандум, в котором подробно описывалось состояние работ над проектом Манхэттен. Как впоследствии вспоминал Трумэн, Стимсон был озабочен тем, как атомная бомба может изменить историю - отнюдь не в лучшую сторону, по мнению Стимсона. Это соображение занимало министра обороны не менее, чем стратегические соображения о том, как атомное оружие способно приблизить конец войны.
Стимсон попросил у Трумэна разрешения сформировать специальную комиссию, которая бы изучила все возможные аспекты применения атомного оружия с тем, чтобы дать свои рекомендации президенту, помочь ему в принятии решения о возможном использовании атомной бомбы. Трумэн дал добро.

К тому времени проект Манхэттен был одним из самых крупных научно-промышленных предприятий в истории человечества. Осуществлял проект корпус инженеров сухопутных сил США. Проект был начат из-за существовавшего опасения, что нацистская Германия работала над созданием атомной бомбы.
Менее чем за три года США потратили 2 миллиарда долларов - сумма по тем временам астрономическая. Прямо или косвенно в проекте было задействовано 200 тысяч человек - хотя только несколько из них представляли себе, чем, собственно, они занимаются. Даже генерал Маккартур и адмирал Нимитц не знали о проекте.
Хотя в проекте участвовали британские ученые и формально он считался совместным предприятием, на практике это был практически полностью американский проект. Более того, во многом это был личный проект Франклина Рузвельта. Без личного интереса Рузвельта, без целого ряда принятых им ключевых решений, без того внимания, которого он уделял разработке атомной бомбы, проект Манхэттен никогда бы не получил того приоритетного значения в рамках военных усилий США, какого он на деле имел.

Для Трумэна проект был еще одной частью политического наследия знаменитого предшественника.
Как и во многих других случаях, сам Рузвельт не очень помог своему преемнику. Он никогда не говорил с Трумэном о судьбе проекта, не оставил каких-либо записей, которые свидетельствовали бы о его намерениях относительного того, как распорядиться результатами проекта по его окончании. Осталось лишь короткое соглашение, подписанное с Черчиллем осенью 1944 года во время встречи в Гайд-парке, в котором говорилось, что по завершении работы над атомным оружием оно, "после тщательного изучения, могло бы быть использовано против Японии, причем японцев следует предупредить о том, что бомбардировка будет повторяться вплоть до капитуляции".

Кроме Генри Стимсона, который и возглавил новую комиссию, разрешение на создание которой Трумэн дал 24 апреля, в нее вошли восемь человек, среди которых не было ни одного военного. В нее вошли несколько видных ученых и политиков - например, Дж. Конант, президент Гарвардского университета, и госсекретарь Дж. Бирнс, в качестве личного представителя Президента.
Первое заседание комиссии состоялось 9 мая 1945 года. Стимсон открыл его словами: "Господа, на нас лежит ответственность выработать рекомендации, которые могут изменить ход истории". Состоялись заседания 14 и 18 мая. 31 мая комиссия собралась на свое решающее двухдневное заседание с участием четырех ученых, активно занятых в атомном проекте. Этими учеными были Энрико Ферми, Артур Комптон (оба - из Чикагского университета), Эрнст Лоуренс (Беркли) и Роберт Оппенгеймер (руководитель лаборатории в Лос-Аламосе, где шли работы по окончательной сборке бомбы). В ходе этого последнего заседания комиссия обсудила очень много вопросов, включая вопрос об отношениях с Советским Союзом в контексте атомного проекта. Приглашенный на заседание комиссии генерал Маршалл высказался за то, чтобы пригласить советских ученых на первое испытание атомного оружия. Госсекретарь Бирнс возражал, и все остальные члены комиссии его поддержали. Наилучшим вариантом, по мнению Бирнса, было бы "приложить все усилия по ускорению разработки атомного оружия с тем, чтобы обеспечить лидерство, одновременно прилагая максимум усилий для улучшения политических отношений с Россией".
После долгих обсуждений комиссия и приглашенные ученые пришли к трем выводам (причем единогласно - никто из присутствовавших не возразил).

Бомба должна быть использована против Японии как можно быстрее.
Она должна быть использована против военных заводов, окруженных домами работников "или иными зданиями, подверженными разрушениям" с тем, чтобы "произвести максимальный психологический эффект".
Бомбу следует использовать без предупреждения.

Бирнс доложил Трумэну о результатах работы Комиссии. Как потом вспоминал Бирнс, Трумэн "неохотно, но согласился с рекомендациями комиссии, сказав, что он не видит им альтернативы".

Следует сказать, что в тот момент никто толком не представлял, какова на практике будет разрушительная сила нового оружия. Ученые представили в комиссию следующую оценку - от двух до двадцати тысяч тонн тротилового эквивалента. Ученые также считали, что СССР понадобится от трех до пяти лет для того, чтобы создать собственное оружие, хотя генерал Грувз считал, что Советский Союз создаст собственную бомбу не ранее, чем через 20 лет. Стимсон на заседаниях комиссии говорил о более далеких последствиях. Он говорил о том, что атомное оружие изменит отношения человека с физическим миром и может означать конец цивилизации. Однако все участники признавали позднее, что никто из них точно не представлял, с чем они имеют дело.

6 июня Стимсон встретился с президентом с тем, чтобы детально обсудить выводы комиссии. Он сказал Трумэну, что озабочен сообщениями о разрушениях, которые в Японии произвели ковровые бомбардировки американских Б-29. По сообщениям командования ВВС, точечные бомбардировки по военным объектам в Японии, в отличие от Германии, были невозможны, поскольку, в отличие от Европы, японские промышленные предприятия не концентрировались в одном месте, а были разбросаны по всей местности вперемешку с домами работников.
Стимсон сознавал, что отношение в Вашингтоне к бомбардировке гражданских объектов менялось по мере того, как продолжалась война. Когда в 1937 году японцы бомбили Шанхай, это воспринималось как крайняя степень варварства. Когда в 1939 году в Европе началась война, президент Рузвельт выступил с призывом к воюющим сторонам воздержаться от "нечеловеческого варварства" бомбардировки гражданских объектов.
Однако по мере приближения окончания войны отношение союзников к массированным бомбардировкам менялось. В феврале 1945 года в течение трех рейдов на Дрезден (два английских, один американский) зажигательные бомбы сожгли город дотла. Пожар был виден на расстоянии свыше 300 км. Считается, что всего при налетах на Дрезден погибло около 135 000 человек. Только в одной из бомбардировок Токио 9-10 марта 1945 года погибло свыше 100 000 человек. Пилоты бомбардировщиков говорили, что даже на высоте они чувствовали запах горящих человеческих тел. Поскольку Япония поклялась сражаться до конца, налеты американской авиации продолжались. 14 марта пятьсот бомбардировщиков Б-52 совершили налет на Нагою, третий по величине промышленный город Японии. Нью-Йорк Таймс назвал налет "самой большой концентрацией зажигательных бомб за всю историю войн". 23 марта семь квадратных километров Токио были превращены в пепел. Тридцать шесть часов спустя еще двадцать пять квадратных километров японской столицы постигла та же участь. После этого массовые бомбардировки были осуществлены в прибрежных городских центрах - Иокогама, Осака, Кобэ.

Стимсон сказал Трумэну, что он не хотел, чтобы США соревновались с Гитлером по части варварских убийств. Он также сказал, что его беспокоит и то, что, ввиду массовых бомбардировок обычными бомбами, атомная бомба может не возыметь желаемого психологического эффекта. Трумэн, по его признанию, был поражен сочетанием этих двух соображений в одной беседе.
Вместе с тем для Стимсона здесь не было противоречия. Он рассматривал атомную бомбу в качестве действенного средства прекратить продолжавшуюся бойню в кратчайшие сроки. Как подчеркнул Стимсон на встрече, роль комиссии была совещательной. Ответственность дать окончательные рекомендации Президенту США лежала только на министре обороны.
Как он сказал Трумэну на встрече:
"Я согласен с выводами комиссии, хотя и пришел к ним независимо от нее. Полагаю, что для того, чтобы добиться подлинной капитуляции от императора и его военных советников, нужен огромный шок, который бы убедительно доказал, что в нашей власти уничтожить империю. Такой шок спас бы гораздо больше жизней, как японских, так и американских, чем уничтожил".

Возможность сбросить бомбу в какой-либо ненаселенной местности (в качестве демонстрации), а не на город, был рассмотрен комиссией и отвергнут ею. Генерал Маршалл вначале предложил использовать бомбу против чисто военного объекта, например, против военной верфи, а затем, если это не оказало бы на Японию должного эффекта, в отношении военного завода, предварительно предупредив японцев и предложив людям заранее покинуть местность. Однако комиссия отвергла и эту идею (Маршалл не был формально членом комиссии). Предполагалось, что всего одна бомба будет готова к назначенному дню - боялись, что она может не сработать. В этом случае, если бы Японию заранее предупредили о предполагавшемся использовании небывалого оружия, а оно бы не сработало, то, как предполагала комиссия, решимость японцев продолжать войну только окрепла бы.
Как писал Оппенгеймер от имени ученых, "мы не можем предложить никакого демонстрационного использования бомбы, которое приблизило бы конец войны. Мы не видим приемлемой альтернативы прямому военному использованию".
Бирнс высказал мнение, что, если заранее предупредить японцев о предполагаемом районе использования нового оружия, то они могут доставить в это место американских военнопленных для использования в качестве живых щитов.
Оппенгеймер, которой, как считалось, знал о бомбе больше всех, высказал мнение, что в результате использования атомной бомбы погибнет гораздо меньше людей, чем при обычном авиаударе с использованием зажигательных бомб. Он считал, что погибнут приблизительно 20 000 человек.
Стимсон сказал Президенту, что единодушным мнением комиссии было то, что значение бомбы состоит именно в том, что она обеспечит тот психологический шок, после которого должна закончится война. Иначе ее применение не имеет смысла.

Следует отметить, что психологическим фоном, на котором происходило принятие решения, являлись события на Окинаве, начавшиеся незадолго да этого. Сначала американские корабли были атакованы сотнями самолетов камикадзе. Более тридцати боевых кораблей затонуло, более трехсот получили серьезные повреждения, включая линкоры и авианосцы. Даже после десяти дней интенсивной авиационной и артиллеристской подготовки, когда началась высадка десанта на остров, японцы сражались ожесточенно, используя пещеры и многочисленные доты. В момент разговора Трумэна со Стимсоном сражение за Окинаву продолжалось. В конце концов на Окинаве американцы потеряли 12 000 человек убитыми и 36 000 ранеными. Японские потери были неизмеримо больше. 110 000 японских солдат были убиты. Потери среди гражданского населения составили 150 000 человек - треть населения острова.
Генерал Маршалл позже объяснял, что руководство США прекрасно понимало, что, в случае высадки сухопутных сил на основных островах Японии, японцы будут сражаться еще более ожесточено, чем на Окинаве. Высадка в Нормандии не шла ни в какое сравнение с высадкой десантов на островах по ожесточенности боев и потерь. Даже чудовищные бомбардировки Токио и других японских городов, считал Маршалл, ни на йоту не поколебали боевого духа японской армии и населения. Именно на атомную бомбу возлагалась последняя надежда как на оружие, дающее возможность избежать кровопролития, во много раз превышавшего жертвы на Окинаве. "Мы должны были закончить войну, мы должны были спасти жизни американцев".

Подготовка к вторжению на основные японские острова шла полным ходом. Далеко не все в военном руководстве США верили в разрушительную силу атомного оружия. Некоторые влиятельные военные называли его "самым большим жульничеством в истории", намекая, что оно никогда не сработает и что все это было затеяно с целью получения военных контрактов.
Вскоре после встречи со Стимсоном Трумэн запросил оценку возможных потерь американской армии при возможной высадке в Японии. При этом запрос касался именно оценки людских потерь - было подчеркнуто, что материальные и иные расходы не следует принимать во внимание, если они могут повлиять на снижение людских потерь. При этом на совещаниях с участием Президента бомба даже не упоминалась, хотя все присутствовавшие знали о ее существовании. Военные представили на рассмотрение Президента несколько вариантов высадки на островах. Оценки потерь разнилась. Штаб генерала Маккартура считал, что потери составят не менее 50 000 убитыми. По оценке Пентагона окончательная победа над Японией путем вторжения потребовала бы от армии США не менее четверти миллиона потерь только убитыми. В меморандуме генерала Томаса Харди, члена штаба Маршалла, потери оценивались от полумиллиона до миллиона военнослужащих армии США. Сам Стимсон считал реалистичной цифру около миллиона убитыми и ранеными. Высадка сухопутных сил было намечена на 1 ноября 1945 года. В ходе подготовки к десанту за несколько недель, предшествовавших высадке, предполагалось сбросить больше обычных бомб, чем на Германию за все годы войны.

Вскоре началась Потсдамская конференция. Уже во время конференции, 21 июля 1945 года, Генри Стимсон получил нарочным доклад генерала Грувза о первом испытательном взрыве атомной бомбы. В докладе подробно описывались результаты испытаний, в частности, как буквально испарилась стальная испытательная вышка, находившаяся в полумиле от места взрыва. В докладе также приводилось описание реакции ученых, непосредственно занятых разработкой нового оружия, и присутствовавших на испытаниях. Ученые были в полном восторге от испытаний, которые превзошли самые оптимистичные прогнозы относительно разрушительной силы атомного оружия. В наблюдательном бункере, где находился Оппенгеймер и его коллеги, царила атмосфера праздника. В завершении доклада Грувз писал: мы полностью сознаем, что главное испытание еще впереди. Значение имеет только боевое использование оружия. Стимсон зачитал доклад Трумэну и Бирнсу. Как потом вспоминали участники встречи, все почувствовали огромное облегчение. Испытания удались. Дело было не только в том, что 2 миллиарда долларов потраченных на проект не пропали зря, это были два миллиарда долларов, которые могли бы быть потрачены на войну против держав оси, спасти жизни многим солдатам. Оружие было создано - причем в результате небывалого усилия тысяч человек, координировавшегося из единого центра на протяжении многих лет. Для того времени и для политической системы США, гораздо менее централизованной тогда, чем сейчас, это было большим достижением.
Естественно, американская делегация, как раз в разгаре очень трудных переговоров со Сталиным о судьбе Восточной Европы, приобрела новую уверенность. Вместе с тем ни один из серьезных историков не разделяет мнения левых исследователей о том, что вся затея с атомным оружием была нужна Трумэну для того, чтобы оказать давление на Советский Союз.
Окончательное решение о применении атомной бомбы было сделано во время второй недели Потсдамской конференции. 22 июля Стимсон доложил Президенту, что все готово для применения атомного оружия против Японии. При этом он предложил Трумэну изъять Киото из списка потенциальных объектов бомбардировки. Узнав причины, Трумэн согласился. Стимсон считал, что хотя Киото и является важным военным объектом, этот город - древняя столица страны, культурный и религиозный центр Японии. В списке потенциальных объектов первым стояла Хиросима, где находились южный штаб и склады японской армии.
В понедельник 23 июля Стимсон опять пришел к Трумэну. Он принес проект документа, который стал потом известен как Потсдамская декларация. Стимсон считал, что было бы неразумно в тот момент настаивать на безоговорочной капитуляции Японии. Он полагал, что японцы воспримут такое требование в том числе и как предполагающее отречение императора. Предполагалось, что требование о смещении императора никогда не будет приемлемо для японцев, и что именно оно станет основным препятствием к капитуляции. Стимсон предложил включить в декларацию заявление о том, что союзники будут продолжать войну против Японии "вплоть до того момента, пока она не перестанет сопротивляться". Однако госсекретарь Бирнс резко воспротивился. Безоговорочная капитуляция держав оси и, в частности, Японии была на протяжении всех военных лет декларированной политической целью войны. Со времен Перл Харбора безоговорочная капитуляция повторялась как лозунг во всех выступлениях Рузвельта на тему войны. Сам Трумэн подтвердил свою приверженность идее безоговорочной капитуляции в своем программном выступлении перед Конгрессом США 16 апреля 1945 года. Безоговорочной капитуляцией Германии окончилась война в Европе. Если бы японцам не навязали безоговорочную капитуляцию тогда, когда победа была уже так близка, американское общественное мнение восприняло бы это как пораженчество. Для большинства американцев император Хирохито стал символом кровавой военной клики, управлявшей страной и приведшей к войне с США. Опрос общественного мнения, проведенный службой Гэллапа в июне 1945 года показал, что только 7 процентов американцев пола

fantakt
Участник



Репутация: 1257(???)

# Дата: 6 Июн 2012 17:02:21 Поправил: Модератор Цитата

гали, что японцам следует разрешить сохранить своего императора после окончания войны. Треть опрошенных полагала, что Хирохито следовало расстрелять как военного преступника. Как многие из советников Трумэна, Бирнс полагал, что переговоры с Японией - пустая трата времени. Стимсону не удалось убедить Трумэна в обратном.
Формально окончательное решение об использовании бомбы против Японии было принято 24 июля. В 9.00 утра Стимсон сообщил, что применение атомного оружия возможно в любой момент, начиная с 1 августа, в зависимости от степени готовности и состояния атмосферы. С точки зрения боеготовности, бомбардировка могла бы быть осуществлена и с 1 по 3, еще лучше - 4 или 5, однако оптимальными являлись бы даты до 10 августа. Среди гражданского и военного руководства США, которое находилось в тот момент в Потсдаме, существовало единое понимание того, что атомное оружие должно быть применено. Главной причиной все называли то, что его применение спасет жизни десятков, если не сотен тысяч американских военнослужащих. Современные историки сходятся на том, что, видимо, не было у Трумэна такого внутреннего "часа Х", минуты, когда он принял для себя окончательное решение использовать атомное оружие для окончания войны. Скорее, он никогда всерьез не думал о том, чтобы ее не использовать. Некоторые историки - "ревизионисты" - в дальнейшем говорили, что к июлю 1945 года Япония фактически была побеждена. Так говорил впоследствии и Эйзенхауэр. Вместе с тем, вопрос о военном поражении Японии в тот момент уже не был главным - в исходе войны никто не сомневался. Главным был вопрос о сроках капитуляции. Каждый лишний день сопротивления Японии означал, что будет продолжаться бойня, гибнуть американские солдаты. По сути, Япония уже потерпела поражение до того, как Трумэн стал президентом. Однако за три месяца, прошедших с его вступления в должность, американские потери на тихоокеанском театре составили половину всех потерь, понесенных США за предыдущие три года войны. Чем ближе была победа, тем больше лилось крови. Все понимали, что капитуляция была противна национальному характеру японцев. За все время войны в плен не сдалось ни одного подразделения японской армии. Японское правительство планировало в случае вторжения союзников на основные острова Японии сопротивляться как можно дольше, параллельно зондируя возможность проведения мирных переговоров с тем, чтобы добиться как можно более благоприятных условий мира в то время, когда у американцев ослабнет воля к продолжению войны ввиду значительных потерь. Япония готовилась к многомесячному сопротивлению. С другой стороны, и союзники вели полным ходом подготовку к сухопутному вторжению.
Трумэн одобрил перемещение более 1 миллиона военнослужащих для вторжения на основные японские острова. Тридцать дивизий двигались с европейского театра военных действий на Тихий океан.
Армия Японии, находившаяся на островах, составляла 2,5 млн. человек. Однако в дополнение к этому были призваны на военную службу все мужчины от пятнадцати до шестидесяти лет и все женщины от семнадцати до сорока пяти лет. Их вооружали всем - от древних бронзовых пушек до бамбуковых копий. Тысячи самолетов было подготовлено для использования камикадзе.
Штаб американских вооруженных сил готовился к беспрецедентному пролитию крови. При этом ежедневно новые кровавые подробности войны на Тихом океане становились достоянием гласности. Так, во время эпизода, известного как "палаванская бойня", японские солдаты на филиппинском острове Палаван завели 140 американских военнопленных в окоп, облили бензином и подожгли заживо.

Именно на этом фоне Трумэн принял окончательное решение. Естественно, на принятие решения повлияла и сила политической инерции. Никто в руководстве не сомневался в том, что Рузвельт использовал бы атомную бомбу в том момент, когда она была готова.
Трумэн вспоминал в своих мемуарах: "Окончательное решение, когда и как использовать атомную бомбу, лежало на мне…Я рассматривал бомбу как оружие и никогда не сомневался, что ее следует применить. Высшие военные советники рекомендовали ее применение, а Черчилль во время нашего с ним разговора без тени сомнения сказал, что он выступает за использование атомной бомбы, если это поможет завершить войну".
Хотя на бумаге не было ничего зафиксировано, окончательно решение было принято в Потсдаме 24 июля на встрече американского и английского руководства. В тот же день Трумэн сообщил о решении Сталину. Как вспоминал Трумэн, он упомянул в разговоре со Сталиным о том, что США обладают оружием необычайной разрушительной силы. Сталин в ответ сказал лишь, что он рад этому и высказал надежду, что новое оружие будет эффективно применено против Японии. Американцы были удивлены невозмутимостью Сталина - о существовании знаменитых впоследствии "атомных шпионов" они, естественно, не догадывались. В тот же вечер Сталин распорядился послать Курчатову телеграмму с указанием ускорить работу над советским атомным оружием.
26 июля была оглашена Потсдамская декларация. Оформленная в виде совместного заявления Трумэна, Этли и Чан Кайши, в ней японскому народу гарантировалось гуманное обращение после капитуляции. Слова "безоговорочная капитуляция" упоминались лишь один раз, в конце документа, и то лишь в отношении японской армии, а не в отношении японской нации. Это был намек на то, что Японии может быть разрешено все-таки оставить императора. В качестве альтернативы капитуляции называлось "быстрое и полное уничтожение". Возможность применения атомного оружия не упоминалась. Премьер-министр Судзуки на пресс-конференции сказал, что японское правительство решило проигнорировать декларацию, "убить ее молчанием". В это время генерал Грувз сообщил Трумэну, что бомба была готова для использования и предложил применить ее в предусмотренные сроки. 31 июля Трумэн дал указание о применении нового оружия "не ранее 2 августа".

Первая атомная бомба была сброшена на Хиросиму 5 августа в 19.15 по Вашингтонскому времени. Трумэн и вся делегация США находились на борту крейсера "Огаста", возвращавшегося из Европы в США. Утром следующего дня по радио США было передано заранее подготовленное сообщение Президента о применении нового оружия против Японии. Всеобщей реакцией было облегчение - страна получила надежду, что война может окончиться быстро, без новых огромных жертв. В обращении о разрушениях в Хиросиме и жертвах среди населения Японии не упоминалось.
Всего в Хиросиме погибло сразу же около 80.000 человек. Считается, что еще от 50 до 60 тысяч умерли в ближайшие несколько месяцев. Из числа погибших только 10 тысяч являлись военнослужащими.
9 августа СССР вступил в войну против Японии. В тот же день вторая атомная бомба была сброшена на Нагасаки. Погибло еще около 70 тысяч человек. По вопросу применения второй бомбы отдельного решения не принималось.
Утром того дня, когда была сброшена вторая бомба, японское правительство ("высший совет по ведению войны") премьера Судзуки собралось на решающую встречу. Голоса разделились почти поровну. Ряд влиятельных членов кабинета были решительно против капитуляции. Военный министр Анами призывал к последней решающей битве на японской территории. "Разве не будет чудесно, если вся нация погибнет как прекрасный цветок?" - спрашивал министр у собравшихся. В этот момент сообщили о бомбардировке Нагасаки. Совещание прервалось и собралось в тот же день с участием императора. Именно Хирохито в тот день принял решение о капитуляции. Японское правительство решило принять Потсдамскую декларацию при понимании, что император останется на троне.
Союзники через несколько дней согласились. 14 августа Япония официально капитулировала.

http://wasteland.ag.ru/rebase/fallart/text76.htm

kaizer
Судья



Репутация: 1798(???)
# Дата: 6 Июн 2012 18:00:51 Цитата

даже беглый взгляд видит фигню, не было никаких тысяч самолетов, к этому времени летать в японии уже было некому

fantakt
Участник



Репутация: 1257(???)

# Дата: 6 Июн 2012 18:15:57 Цитата

Да им было пофиг на японцев, они не хотели полмиллиона американцев под нож пускать...

Yazverg
Участник


Репутация: 1203(???)
# Дата: 6 Июн 2012 18:56:19 Цитата

kaizer: не было никаких тысяч самолетов

Ну, может быть не тысяч, но самолеты были. Уж тысяча то точно была. И их реально клепали для камикадзе. Планы у японцев на оборону были сумасшедшими. И они успели навоевать камикадзами достаточно много навоевать. Там счет на десятки кораблей уничтоженных и сотни поврежденных, а программа включала не только зеро превращенные в "бомбардировщики", но и катера и вроде бы даже торпеды.

kaizer
Судья



Репутация: 1798(???)
# Дата: 6 Июн 2012 20:04:06 Цитата

Я читал воспоминания японских летчиков, самолеты были они стояли практически без обслуги необкатаные, разбросаные по многих полуразрушенным аэродромам , летчиков счет шел на десятки причем им под страхом расстрела и позора запрещали идти в камикадзе чтоб они хоть кого-то научили летать.

mikes_06
Участник


Репутация: 1272(???)

# Дата: 17 Авг 2012 09:48:14 Цитата

Выходит, что пендосы тупо струсили перед решимостью самурайской нации!? Может надо было предложить мир на более выгодных условиях!?

kaizer
Судья



Репутация: 1798(???)
# Дата: 17 Авг 2012 11:37:44 Цитата

mikes_06: ыходит, что пендосы тупо струсили перед решимостью самурайской нации!? Может надо было предложить мир на более выгодных условиях!?
Многие японцы были готовы сражаться хоть на мечах

olegovi4_bay
Участник


Репутация: 1162(???)
# Дата: 17 Авг 2012 16:57:24 Цитата

Ну вот. опять вся заслуга победы над японией досталась амерам. А как же наши победы?

Версия для печати . Вверх

ОСТАВЛЯТЬ СООБЩЕНИЯ МОГУТ ТОЛЬКО ЗАРЕГИСТРИРОВАННЫЕ ПОЛЬЗОВАТЕЛИ!

Администрация форума: editors@civru.com
Rambler's Top100
XML [?]